Рейвенор - Страница 94


К оглавлению

94

Оглядевшись, Кара заметила древние, вырезанные в скале ступени, которые вели к дополнительным платформам наверху, где швартовались небольшие суда. Взобравшись по лестнице, она выскочила на широкую каменную площадку, расположенную под самым сводом хранилища. Здесь в магнитных зажимах висели две разведывательные гондолы. От обоих суденышек к энергораздатчику тянулись заправочные шланги.

Кара подошла к краю площадки. Она уже могла чувствовать, как истончается воздух и уменьшается давление. Громадный лихтер уже начал выводить двигатели на необходимую мощность.

Свол подбежала к одной из гондол и открыла люк. Пусто. В багажном отделении второго судна, позади кресла бортового инженера она нашла старый, потрепанный скафандр. Дыхательный модуль включился только со второй попытки. Его светящийся циферблат указывал, что наполнение кислородом составляет тридцать процентов. На сколько этого хватит? На час? Если за костюмом хорошо ухаживали, то и на девяносто минут. «Хорошо, мать его, ухаживали», — подумала Кара. Очевидно, что этого не делали. Даже если она права и модуль подарит ей эти тридцать минут, времени могло просто не хватить.

У нее даже не было возможности проверить, исправен ли скафандр. Его могли бросить за кресло из-за разрыва или прокола. Или протертого внутреннего комбинезона. Или износившегося горлового сочленения. Или дефекта помпы. Или обветшавших до невозможности батарей.

Кара скинула плащ и стала расстегивать проржавевшие боковые застежки скафандра. Скоро она все узнает.

В последний раз прозвучала сирена, едва слышимая на фоне возрастающего гула двигателей грузового лихтера. Вспыхнули взлетные огни. Затем отключились пустотные щиты ангара. Поднялся вихрь пыли. Остаточная атмосфера устремилась наружу, забирая с собой все звуки.

Во внезапно обрушившейся тишине, сверкая дюзами, грузовой лихтер взлетел с каменной площадки и стал медленно и степенно выбираться из ангара.

Проржавевшая неровная поверхность его корпуса медленно проплыла под каменной площадкой. Яркий лучик отразился от лицевого щитка скафандра. Одинокая крошечная фигура, раскинув руки, спрыгнула вниз.

Глава 2

Неистовые языки пламени и всполохи Огненного Потока заливали целое небо, будто заполыхала вся Галактика. Под этим сверкающим великолепием бастион и окружающие его пики отбрасывали странные, пляшущие тени. В изменчивом мерцании Лагуна стала казаться желтой.

«Потаенный свет» медленно отошел от пустотного дока и полетел над сверкающей Лагуной мимо кораблей, покоящихся на низком якоре. В это время грузовой лихтер покинул свой ангар и на скорости, близкой к максимальной, помчался следом за межзвездным судном.

Мадсен заняла место рулевого около центрального командного пульта, с которого Халстром управлял кораблем. Особенно ослепительная солнечная волна вызвала искажения и рябь на пикт-дисплеях. Мадсен вздрогнула от резкого света и, подрегулировав дисплей, уменьшила яркость.

— Все в порядке? — обратилась она к Халстрому.

Брови первого помощника были нахмурены, словно он пребывал в глубокой задумчивости. Время от времени его лицо начинало дергаться от нервного тика, или же его скручивал небольшой спазм.

— Кински, — повторила Мадсен, — все в порядке?

— Да, — ответил ровный и безжизненный голос Халстрома. — Просто он пытается сопротивляться, вот и все. Мешает каждому моему шагу.

Тело Кински раскинулось в кресле второго рулевого. Незаконченная партия в регицид пылала на дисплее соседнего пульта.

Кински проник в сознание Халстрома, принуждая первого помощника «Потаенного света» пилотировать судно. Будучи активным псайкером невероятной мощи, Кински не обладал изящностью и профессионализмом Рейвенора. Он не умел «надевать» на себя других людей и никогда не оттачивал эту технику. Но он мог влезть в чужую голову и, по существу, взять человека в рабство. Ни у кого из команды Мадсен не имелось достаточных навыков управления кораблем, поэтому Халстрома принудили использовать свое мастерство. Но сделать это оказалось весьма трудно. Первый помощник сопротивлялся. Кински не осмеливался давить слишком сильно из страха сжечь его сознание. Досадно трудный, кропотливый процесс.

Мадсен тоже злилась. Она была первоклассным техножрецом и шифровальщиком, но совсем не умела управлять кораблем. И уже начинала жалеть, что не взяла с собой пилота. Она думала, что оружие, приставленное к голове Халстрома или Прист, окажется достаточным стимулом. Теперь же все силы Кински уходили только на то, чтобы «Потаенный свет» продолжал двигаться. А ведь его способностям можно было бы найти лучшее применение.

Ахенобарб стоял рядом с безжизненным телом Кински, время от времени бросая взгляд на Тониуса. Дознаватель очнулся, но продолжал лежать, с несчастным видом разглядывая чужаков. Всю правую половину его лица раскрасили огромные кровоподтеки.

Тониус отчаянно хотел что-нибудь сделать, но не мог ничего придумать. Он был безоружен и слаб, а падение серьезно потревожило его руку. Боль, пульсировавшая в ней, была настолько острой, что ему приходилось смаргивать слезы. Каждый раз, когда он хоть немного шевелился, Ахенобарб или Мадсен переводили на него взгляд. Он сомневался, что сможет хотя бы сесть незаметно. А если он…

Тониус посмотрел на Фрауку, распластавшегося позади кресла Кински. Спереди на его рубашке образовалось огромное темное пятно, а по палубе расплывалась лужа крови. Фраука никогда не был ему другом, но зато был неплохим человеком. Никто не заслуживал такой смерти.

94